Фотография в конце ХХ века

Фототехника с каждым годом продолжала совершенствоваться. Появление светосильных объективов, разовых ламп-вспышек, а затем и электронных, многократного действия, облегчили ночное фотографирование и позволили фиксировать движение в любой его фазе. Катушечная пленка была так усовершенствована, что на узкой полоске помещалось несколько кадров. Возможности, связанные с различного рода вмешательством в “чистый” фотографический процесс, всегда привлекали внимание искателей новых путей в фотографии. Применение особых эффектов освещения и экспериментирование со светочувствительными материалами открывали путь к фотоабстракционизму, изображению отдельных формальных элементов. До Второй мировой войны чувство сострадания руководило многими фотографами, наводившими объективы на беды и трудности человечества, но некоторые фиксировали также его грешки и слабости. Чтобы отразить текучесть форм общества, фотограф стал полагаться на непосредственный интуитивный подход. Неожиданные противопоставления, неуклюжие позы, случайно спавшие маски приличия, пренебрежение к уравновешенной композиции - таковы типичные особенности работ в манере “моментальной фотографии”. Желание вскрыть новую действительность рождает фотохирурга, вырезающего объективом, словно скальпелем, пробы из ткани американской жизни. Но, подчиняясь прихотям интуиции при выборе сюжета, фотограф никогда не забывает о необходимости раскрыть смысл и значимость темы. В последние годы изобразительные искусства предпринимают попытки проникнуть в неизведанные области, не взирая на связанный с этим риск. Частично эти попытки вызваны желанием освоить и применить технические усовершенствования, частично же - сознательным отказом от шаблонов и указки, в особенности при выборе тематики. Они заново подтверждают, что ценность художественного произведения заключена не только в нем самом, но и в замысле художника. К таким испытанным приемам, как фотомонтаж, фотоколлаж, теневые фотоснимки и вариации негативного к позитивного процессов, прибавились голография и ксерография, применение светокопирования, печатание на цианотипной бумаге, шелке и металлических пластинках. Вот например, Роберт Хейнекен применяет обычные фотоматериалы, но включает в изображения пигменты, мел, различные предметы и комбинирует самые разнообразные способы печатания, в том числе плоскую, офсетную и глубокую печать и перенос изображения. Его интересует взаимоотношение и взаимодействие между непривычным содержанием (изображение плюс посторонние предметы) и привычной формой фотоснимка. Джерри Улсмен в своей фотолаборатории проводит эксперименты и поиски, сплетая творческое воображение с новаторским использованием фотомонтажа. Он совмещает фрагменты фотоснимков и создает изображения, кажущиеся плодом подсознания и не подчиняющиеся ни логике, ни разуму. Лукас Самарас тоже учитывает в своих работах роль собственных эмоциональных сил и напряжений. Использовав одноступенный процесс фотоаппарата “Поляроид”, он создал фотомонтажный автопортрет, в котором художественные средства выразительности сочетаются с бесстрастием стороннего наблюдателя. Сплетение в одном произведении средств и принципов, заимствованных у различных искусств, больше не позволяет зачислять результаты работы фотографа в ту или иную строго определенную категорию. Фотограф теперь пользуется всеми имеющимися в его распоряжений средствами, и никогда еще в его распоряжении не было такого их богатства и многообразия. Через призму времени история фотографии являет картину стройного и разумного развития, в котором технические усовершенствования и художественные достижения неизбежно и последовательно сменяют и дополняют друг друга. Но такой фаталистический взгляд упускает из виду то, что каждый момент пути требовал принятия решений, замены одних представлений другими, выбора одних возможностей и отказа от других. А ведь возможностей выбора у фотографии больше, чем у какого бы то ни было искусства. Ведь каждое изображение - от самого простого до самого сложного - выбрано из хаотического и беспорядочного потока образов и событий, проносящихся перед взором. Каждая экспозиция - это открытие, это показ не только темы, но также мыслей и чувств самого фотографа. Художественное совершенство достигается там, где все элементы мастерства, тематики и подхода сочетаются так, что форма сливается с содержанием в единое и нераздельное целое.